Адрес
г. Москва, 2-й Тверской-Ямской переулок, дом 10, Метро «Маяковская» (5 мин. пешком)
Режим работы
График работы клиники «Медицина»
Пн-пт — с 08-00 до 21-00
Сб — с 09-00 до 19-00
Вс — с 09-00 до 15-00

En
641 506 Пациентов
Благодарных пациентов получили помощь в АО «Медицина»
более чем за 30-летнюю работу клиники (основана в 1990 году)
Круглосуточно. We speak English
Вход в личный кабинет

Выберите вариант личного кабинета

Более 30 лет
лидеру отечественного здравоохранения*
En
Вход в личный кабинет

Выберите вариант личного кабинета

Записаться на приём

Григорий Ройтберг: «Помогать людям - моя работа и никакого героизма...»

https://stmegi.com/posts/103665/grigoriy-roytberg-pomogat-lyudyam-moya-rabota-i-nikakogo-geroizma-/ 13.12.2022 12:00
Яна Любарская

«Клиника академика Ройтберга» — крупнейшая точка медицинской помощи в центре Москвы, основанная еще в 1990-м году. При входе в это солидное медицинское учреждение вам любезно помогут раздеться и выдадут номерок. С порога чувствуется, что здесь одинаково уважительно относятся ко всем пациентам, независимо от их статуса. Покинув гардероб, вашему взору предстанут картины современных художников в стильных рамах, вы услышите живую музыку, исполняемую на арфе, а потом, поднявшись выше, окажетесь в светлых уютных залах, больше похожих на изумительные библиотечные пространства – повсюду теплый приглушенный свет, интересные книги в шкафах, на полу — мягкое ковровое покрытие и никаких бахил на пациентах, удобные диваны, много зелени, уютная зона отдыха для пациентов стационара, с томами книг, принесенными из домашней библиотеки Григория Ефимовича.

Важно отметить, что клиника предоставляет своим пациентам все гарантии лечения, а ее руководство делает все, чтобы иметь обратную связь со своими подопечными и помогать им, в случае возникновения какого-либо недопонимания, что, к счастью, бывает очень редко. При таком внимательном, честном подходе руководства клиники к своим гостям, у последних складывается ощущение, будто они приехали не на лечение к доктору, а отправились в путешествие, остановившись в элегантном отеле, где все располагает к позитиву, отдыху и расслаблению. И в этом – главная задумка Григория Ефимовича Ройтберга. Сознательно уходя в интерьере от привычной больничной обстановки с желтыми стенами и от всего того, что сопровождает больных в обычных подобных местах, президент многопрофильной частной клиники АО «Медицина» настраивает своих пациентов на скорейшее выздоровление, создает им комфортные условия для прохождения лечения, параллельно знакомя своих гостей с искусством, творчеством, используя для этого все возможные инструменты арт–терапии.

А еще здесь - самое передовое оборудование и технологии, материалы и медицинские препараты, используемые для лечения пациентов. Высочайшее качество медицинской помощи подтверждено международными экспертами JCI и массой отзывов благодарных пациентов. Многопрофильный медицинский центр включает в себя поликлиническое отделение, стационар, собственную лабораторию, круглосуточную скорую медицинскую помощь, ультрасовременный онкологический центр «Sofia». В его стенах работает 350 врачей 66 врачебных специальностей. В числе консультантов выступают зарубежные специалисты, академики РАН, доктора с профессорским званием. Клиника занимается не только лечебной, но и научной деятельностью, на ее базе осваивают специальность студенты кафедры терапии, общей врачебной практики и ядерной медицины РНИМУ им. Н.И. Пирогова.

Лично я увидела в стенах данного медицинского учреждения самые разные категории посетителей - взрослых, мам с малышами, которым лечили зубки, а те в это время спокойно смотрели мультики, пенсионеров, проходивших лечение по полису ОМС, пациентов стационара и т.д.

 

Следует добавить, что Григорий Ефимович Ройтберг - учёный-медик с мировым именем, кардиолог, академик РАН, организатор здравоохранения, успешный предприниматель. Мы обсудили с ним работу его клиники, поговорили о нужности и важности сохранения правды о Холокосте и исторической памяти, затронули тему возвращения новой волны коронавируса и иных возможных эпидемий, коснулись деятельности его благотворительного фонда «Врачебное братство» и особенностей медицинского обслуживания в России и за рубежом, эмиграции и советских композиторов.

- Григорий Ефимович, спасибо большое, что нашли время для нашего разговора, мне также очень приятно находиться в стенах вашей потрясающей клиники. В 2022-м году вы стали инициатором и спонсором открытия монумента в память о тысячах евреев, убитых в Малачунском лесу возле города Сороки в Молдове. Мемориал расстрелянным евреям представляет собой композицию из двадцати бронзовых стел, символизирующих обрубленные стволы деревьев. Первый ряд выполнен из мрамора и содержит тысячи имен тысяч убитых. На будущий год вы планируете установить на памятнике QR-коды, чтобы люди, наведя на них камеру телефона, могли бы послушать довоенные песни на идиш, которые прежде часто звучали в этих местах. Для вас это – личная история, не так ли? Поговорим о Холокосте…

- А что я могу сказать о Холокосте? Сухая статистика звучит так: в огне Холокоста погибло 80 процентов европейского еврейства или 6 миллионов евреев. Но когда эта трагедия проходит через тебя, через твоих близких, то относишься к произошедшему уже совершенно иначе, с болью в душе, которую остро чувствуешь. Я родился в 1951-м году в семье зоотехника Ефима Петровича (Хаима Пейрецовича) Ройтберга и медсестры Клары Моисеевны Ройтберг, и первые 17 лет прожил в г. Сороки. Время было послевоенное, Бессарабия к советской власти еще не привыкла, жить было трудно. Но в нашей семье проводились еженедельные праздники — то чей-то день рождения, то свадьба, то внук на свет появился. У папы с мамой было много братьев и сестер, на праздники собиралось более 70 человек за одним столом, что мне очень нравилось. И любое торжество — советское или еврейское, религиозное, начинали с того, что вспоминали убитых нацистами взрослых и детей.

- Когда вы решились открыть памятник жертвам Холокоста на этом злосчастном месте, где произошел расстрел 6 300 евреев, среди которых половина – дети?

- Идея открыть мемориал жертвам Холокоста на моей исторической родине пришла мне давно. И, наконец, 29 сентября 2022 года состоялось открытие этого памятного комплекса, расположенного в Косэутском лесу, на излучине Днестра. На другом берегу Днестра – украинские город Ямполь и большое село Цекиновка, недалеко от границы с Румынией.

С самого начала данный проект получил моральную поддержку и от властей Республики Молдова, и от местных властей, от еврейской общины, и даже от простых людей, к которым мы обращались за помощью. Уверен, мы не должны забывать о тех ужасных событиях, и если они произошли, их повторение все еще возможно. Ведь все это происходило на самом деле! Эта тема имеет для меня огромное значение, и поэтому, когда говорят, что пора забыть - я этого не понимаю! Как это я должен забывать?! У нас в России помнят еще татаро-монгольское иго, и это правильно. А события Холокоста произошли по историческим меркам совсем недавно, всего лишь 80 лет назад.

- Согласна…

- Хотел бы также подчеркнуть, что сейчас, массовые убийства евреев полностью свалили на немцев. Конечно, немцы были впереди и все это начали, но ведь у них имелась масса «помощников» среди местного населения… Недавно я смотрел интервью с Эйхманом, который заявил, что он являлся лишь частью команды, руководил логистикой, отдавал распоряжения. Но моих родственников убивали отнюдь не немцы, их там почти не было! Немцы являлись некими менеджерами, руководителями, а евреев уничтожало местное население, добровольцы, которым после убийства, к примеру, давали возможность забрать дом еврейской семьи. Представьте себе – гетто у излучины Днестра - реки с сильнейшим течением, которую я не раз переплывал в детстве. На другом берегу – Украина, да и до румынской границы рукой подать, все - рядом. Так вот, с Украины туда каждое утро приезжали на работу исполнители, полицаи, в основном - украинцы. Никакой параллели с нынешней ситуацией не провожу, никого не хочу обидеть, просто обращаюсь к нашей истории. Убийцы того времени выполняли так называемые «нормы», которые были им прописаны, а по окончании рабочего дня наверняка ехали домой, к своим детям и рассказывали своему чаду, как надо быть хорошим человеком. В моей голове этот ужас просто не укладывается! Часть моей семьи спасла молдавская семья. Благо, все люди – разные.

- Значит, среди ваших близких кто-то спасся от уничтожения?

- Спаслась моя тетя, папина двоюродная сестра. Тогда ей было 5 лет, и она была среди тех, кого расстреливали. Она, тяжело раненая, но не убитая, упала в яму с расстрелянными людьми. Кто-то погиб сразу, кого-то, еще живого, потом добивали лопатами убийцы. С убитых снимали все ценное, вплоть до золотых зубов. И вот, когда после расстрела полицаи делали обход, увидели на ее ногах красивые красные сапожки. В Израиле, кстати, сейчас идет одноименный спектакль «Красные сапожки» и с таким же названием там вышла книга. Так вот, один из «обходчиков» снял с нее эти самые красные сапожки, очевидно для своей дочки. Напарник предложил ему добить девочку лопатой, но мужчина не решился и на руках отнес ее в соседнее село, где и оставил в одной семье. Так, моя рыжеволосая тетя выжила. Разумеется, людям, спасавшим тогда евреев, грозила огромная опасность, но та молдавская семья не побоялась.

- Что было дальше?

- Судьба моей тети - очень интересная, способная послужить отличным сценарием для будущей книги, или для кино, на эту тему. После случившегося она тяжело болела, и семья, приютившая ее, ухаживала за ней, как могла. На свой страх и риск они пригласили местного ветеринара, который, в качестве наркоза, влил в малышку спирт, и ножом (!) удалил несколько ребер. Это сейчас я понимаю, что у нее развился остеомиелит, а антибиотиков там не было. Девочка чудом выжила, после чего ее отправили в партизанский отряд. Уже позже она воссоединилась с родственниками, которым удалось бежать раньше.

- И правда, удивительная история! А посещаете ли еврейскую общину, являетесь ли верующим человеком, или в вашей жизни все отдано исключительно науке и врачеванию?

- Не вижу никаких противоречий между наукой, врачеванием, верой и посещением синагоги, все это можно совместить, да и я – живой человек, не робот. При этом не сомневаюсь, что существуют некие трансцендентные силы, которые всем этим управляют. Моя долгая медицинская практика подтверждает, что все это невозможно было бы создать без руки высших сил. Возьмем, к примеру, швейцарские часы — точные, тяжелые, со сложным механизмом, которые нереально сделать без заранее составленного плана. Тем более, трудно себе вообразить более сложный механизм, чем человек, какие там швейцарские часы?! Или, невозможно представить себе что-то более сложное на земле, чем взаимоотношения между видами. Есть такая книжка «История Бога. 4000 лет исканий в иудаизме, христианстве и исламе», автор - Карен Армстронг, читал ее несколько раз, это - самое правдивое издание, всем рекомендую. Иногда я посещаю синагогу, для меня это - традиция, которая мне нравится. Некие правила кашрута также стараюсь соблюдать - не ем свинину, не смешиваю молочное с мясным.

- Вы – автор множества книг и учебников в области медицины. Не думали ли выпустить свою автобиографию, мемуары, воспоминания? Было бы любопытно прочесть такую книгу, лично о вас...

- В моей практике случалось огромное количество сложных медицинских случаев, поэтому давно пишу книгу «Сложный диагноз», которую никак не могу закончить, не хватает свободного времени. Сейчас мы переиздаем наш учебник по семейной медицине. Если обобщить все то, что я уже написал, в общей сложности выйдет более 3600 страниц, а если сложить все напечатанные тиражи учебников и монографий, получится несколько сот тысяч научных книг, учебников - колоссальный вклад в нашу медицину, огромный тираж. Но свою автобиографию даже не начинал, может займусь этим, когда выйду на пенсию, и мне надоест все остальное… (смеется* - примечание автора)

- Сталкивались ли в юности с антисемитизмом?

- При желании, наверное, все свои неудачи можно списывать на антисемитизм. Да, государственный чистый антисемитизм был, и я в полной мере ощутил его, при поступлении в вуз. Я был золотой медалист и поначалу хотел идти не на лечебный факультет, а в МГУ, на мехмат. Как победителя республиканских олимпиад, меня туда принимали без экзаменов. Однако, отец оказался категорически против, он не хотел, чтобы я становился учителем, ведь в те годы педагоги жили весьма скромно. Тогда я выбрал себе более романтическую профессию, отправившись на очень модный по тем временам, медико-биологический факультет во втором меде. Но там лишь развели руками – «Медалист? Еврей? Да он после учебы уедет в свой Израиль и увезет с собой все наши секреты!» Хотя, казалось бы, какие медицинские секреты я мог увезти?! (смеется*, примечание автора).

Тогда, я поступил на лечебный факультет во 2-й Московский медицинский институт имени Н.И. Пирогова, с мыслью, что побуду год-два на лечебном и потом переведусь на медико-биологический. Но впоследствии, переводиться мне уже не хотелось. При этом, русские люди очень не любят несправедливость, всегда это чувствовал. Да, выходили соответствующие приказы о евреях, но обычным гражданам они не нравились. К примеру, в институте я был старостой кардиологического кружка, шел на красный диплом, и по всем канонам меня должны были взять в ординатуру, но не брали, а хотели отправить по распределению в Вологду. И благодаря заступничеству моего педагога, профессора Павла Евгеньевича Лукомского, личного врача Брежнева, советского терапевта и кардиолога, академика АМН СССР, одного из основателей советской школы кардиологии, которому тогда были открыты все двери, меня все же взяли в клиническую ординатуру при кафедре госпитальной терапии № 1, в том же институте. А вот открытого антисемитизма в советское время я не ощущал, его просто невозможно было бы представить в нашем общежитии. Антисемитизм в СССР оставался лишь на уровне каких-то неприятных антиеврейских шуток. Сегодня, гораздо больше негатива выливается на приезжих из стран бывшего СНГ и с Кавказа, чем тогда – на евреев. Или возьмем то, что сегодня происходит в Штатах, в Германии, данное явление там называют «позитивная дискриминация».

В СССР евреи всегда являлись лучшими учителями, врачами, композиторами. Вспомним Блантера, Френкеля, Фельцмана. Мне очень повезло в жизни, я их всех знал с юности, вращался в этой творческой среде, работая когда-то главным кардиологом в небольшой поликлинике Союза композиторов. Первым моим пациентом из этой группы талантливейших композиторов и настоящей творческой удачей стал Матвей Исаакович Блантер, имевший определенные проблемы с сердцем. Я ему помог, и он в итоге прожил еще немало лет, потом у меня лечились его жена, затем - Оскар Фельцман, Ян Френкель. Если вычеркнуть имена этих великих композиторов из советского музыкального наследия, никакой советской музыки и вовсе не останется.

- Видела у вас немало людей, которые обслуживаются по ОМС. Почему вы взялись за это?

- Во-первых, помогать людям - моя работа и тут нет никакого героизма… Во-вторых, система ОМС — это не бесплатно, это путаница, которую создают только с одной целью, из-за боязни реальной конкуренции, везде об этом говорю. Любое развитие возможно лишь через конкурентные отношения и нет другого пути. Капитализм более эффективен, чем социализм. К примеру, Швейцария — самая социальная страна, которую я знаю, часто там бываю, когда-то работал там врачом. А иногда думаю: швейцарцы же точно знают, что будет сегодня и что будет через 30 лет. А мы не знаем, что завтра с утра будет, — и это в какой-то степени интереснее. Так вот, почти вся медицинская помощь в Швейцарии оказывается частными клиниками, но получающими государственный заказ. Говоря простым языком, они работают в системе ОМС. В этой прекрасной стране также открыты университетские клиники. Хочешь отдельную палату — это стоит отдельных денег, но медицинские услуги в Швейцарии, которые оказывают платные частные клиники — бесплатны для пациентов. Принимая людей как платно, так и по системе ОМС в стенах своей клиники, я стараюсь помочь как можно большему количеству обратившихся. У меня, например, здесь стоят дорогие лучевые установки для лечения онкологических заболеваний. Так пусть они лучше работают и реально помогают пациентам, чем простаивают без дела! И меня очень расстраивает, когда мы не в состоянии по системе ОМС помочь человеку в полной мере, из-за разных бюрократических проволочек.

- Хотелось бы услышать несколько слов про ваш благотворительный фонд «Врачебное братство». На кого он рассчитан, чем занимается, кому помогает?

- Мне кажется, что одна из самых незащищенных профессиональных групп в России — это врачи, и мы очень хотим им помочь. У нас, медиков, нет реального профсоюза. Отличным примером защиты «своих» — для меня, в данном случае, является Союз театральных деятелей, невероятно поддерживающий своих артистов, у них имеются свои клиники, дома отдыха и пр. У докторов - ничего такого нет. И когда врач заболевает, не собрав ранее никаких накоплений, то остается один на один со своей бедой. У нас собралось очень много подобных личных историй, когда люди, спасающие жизни, часто сами оказываются в очень сложной ситуации. Благотворительный фонд “Врачебное братство” учрежден клиникой “Медицина” для помощи медицинским работникам РФ и их детям. Это - уникальный благотворительный проект, объединяющий представителей медицинской общественности, пациентов, медицинские учреждения страны. Помогаем нашим коллегам реабилитационной техникой, собираем средства на восстановление больных и т.д. Требуемые для них суммы – не маленькие даже для Москвы, не говоря уже о провинции.

- Ковид, омикрон, эбола, свиной грипп. Нас постоянно атакуют новые страшные вирусы, эпидемии, болезни. Что происходит и когда все это кончится, важно знать ваш прогноз…

- Разве здесь есть что-то новое?! Все существование человечества — это взаимоотношения с вирусами. Вспомните вирусы чумы, оспы, унесшие когда-то жизни половины жителей Европы. История оспы – весьма интересная. Сначала от нее была низкая летальность и даже в те времена, среди заболевших умирал один процент, а через некоторое время вирус мутировал, и из жизни уходила уже половина заболевших. Также не думаю, что ковид закончился, нас, скорее всего, ждет новая его мутация со свежими цифрами по летальности, откуда бы он не шел, из Уханя ли, или из других стран. Для нашей клиники, эпидемия ковида стала серьезным испытанием. А я, даже в эти страшные дни, каждый день ходил на работу, так как руководить такой большой клиникой дистанционно – невозможно. Сейчас, о возвращении ковида мне приходится «гадать на кофейной гуще», потому что современными методами мы не можем предсказать, как себя будет вести вирус. На самом деле, он не заинтересован в том, чтобы нас убивать, ведь в таком случае, вирус лишается питательной почвы для развития. Идеальный вариант для него, когда вирус быстро развивается, становится контагиозным и несет за собой низкую летальность. И если при лечении бактериальных заболеваний мы достигли больших успехов, благодаря антибиотикам, то с вирусами — это не так. Билл Гейтс, пожертвовавший большие деньги на создание фонда для создания и изучения вирусов не раз говорил, что человечество абсолютно не готово к вспышке очередной чумы, как и 300 лет назад. Нам нужно много денег для новых исследований. К счастью, от коронавирусной инфекции появились некоторые новые лекарства, которые сейчас реально помогают, но спасут ли они при следующей волне заболевания?! Неизвестно…

- А вакцинация?

- Нет, она, на мой взгляд, почти не помогает, что уже доказал Израиль, где стопроцентная привитость населения, и каждый раз - новые вспышки заболевания. В Китае мы также наблюдаем нулевую эффективность прививок, помогает лишь изоляция. В США от ковида умерло больше миллиона человек...

- Задумывались ли когда-то о репатриации?

- Обожаю Израиль, там живут двое моих внуков, часто туда летаю, но жить хочу в Москве. Надеюсь, в начале января снова отправлюсь на Святую Землю, повидаться с близкими, но после - обязательно вернусь в Россию. Вот скажите, что я там буду делать, если репатриируюсь?! Играть в гольф? Быть простым врачом для меня - уже тоскливо. Да, могу читать там лекции на английском для студентов, но дальше мне требуется хороший иврит, которым пока не владею. То есть ряд факторов не позволяет мне переехать в еврейское государство насовсем. А вот о том, чтобы открыть клинику в Израиле, часто размышляю. В Израиле, как и в США, очень широко развита высокотехнологичная помощь. Но в этих странах нельзя вызвать врача на дом, и даже больного ребенка, сбив ему температуру, родители везут на своем автомобиле или на такси в больницу, где семье еще предстоит коротать время в долгой очереди. Да что там говорить, на банальную процедуру КТ в Израиле, предварительно записавшись, часто можно попасть только после двухмесячного ожидания! По этой причине, пока хотелось бы запустить в Израиле новый проект по оказанию первичной медицинской помощи. Именно первичное звено можно было бы сделать там платным. Мы начали переговоры с одной местной компанией, и возможно, я к этой теме еще вернусь...

- Большое спасибо за столь интересный разговор, Григорий Ефимович! Желаю вашей клинике - всего самого наилучшего, дальнейшего процветания и успехов, а вам и вашим близким – богатырского здоровья…

 

Лицензии
Лицензия на осуществление медицинской деятельности № ЛО 77-01-017705
Ваш браузер устарел рекомендуем обновить его до последней версии
или использовать другой более современный.